С них брали пример все советские женщины.
Тонкая ткань советской моды была соткана из противоречий. Манекенщицы, официально именуемые «демонстраторами одежды», не могли рассчитывать на уровень статуса, сопоставимый с их западными аналогами. В 60-х и 70-х годах они получали всего 76 рублей в месяц — сумма, почти не отличавшаяся от заработка уборщицы, а их дни были расписаны поминутно: 8–10 часов репетиций, показов, бесконечных примерок — без надежды на дополнительную оплату, без профсоюзной защиты и малейших привилегий.
Восхищение сквозь зависть
Работа в Доме моделей, казалось бы, должна была открывать перед ними двери в мир красоты. На практике все обстояло совершенно иначе: реальность была куда более жестокой, чем это изображали средства массовой информации. Советская пресса, включая влиятельный журнал «Работница», подливала масла в огонь, представляя манекенщиц как легкомысленных и иногда даже морально сомнительных женщин.
Тем не менее, несмотря на строгий идеологический контроль и холодное отношение общества, тысячи женщин по всей стране с замиранием сердца следили за жизнью девушек-моделей, а каждое дефиле, каждый образ, каждый взгляд с подиума вызывали тайное восхищение. Манекенщицы словно существовали в другом измерении — рядом с модой, с новизной и красивыми тканями. Они жили и словно открывали тайный портал в другой мир.
Легенды и драмы
Несмотря на видимый блеск и восхищение миллионов, судьба большинства манекенщиц была далеко не сказочной. Регина Збарская — одна из самых известных фигур модельного мира того времени.
Ее называли агентом, музой, любовницей политиков — всем тем, чем она на самом деле не была. На самом деле, за яркой оболочкой успешной карьеры скрывалась глубоко личная история, которая завершилась без счастливого конца. Попытки самоубийства, психиатрические больницы и вишенка на торте — работа уборщицей в том же Доме моделей, где ее когда-то почитали и желали.
