«Разгром немецких войск под Москвой»: зачем в США изменили этот советский фильм
Снятый и смонтированный зимой 1941-42 годов документальный фильм «Разгром немецких войск под Москвой» показывался не только в Советском Союзе: он оказался востребован и в США, которые уже находились в состоянии войны с Германией. Тем не менее, кинолента нуждалась в адаптации для американских зрителей, чье восприятие мира отличалось от советского.
С верой в победу
Идея создания фильма о битве за Москву исходила от Иосифа Сталина. Генсек не раз подчеркивал значение съемок парада 7 ноября 1941 года, проходившего на Красной Площади, который, по его мнению, оказал значительное влияние на боевой дух армии и народа. В конце ноября 1941 года в Москву был экстренно вызван председатель Комитета по делам кинематографии при Совнаркоме СССР Иван Большаков, находившийся в эвакуации в Средней Азии, которому было поручено снять и смонтировать качественный фильм о предстоящем разгроме немцев. Сталин сообщил Большакову о готовящемся крупном наступлении РККА, имеющем все шансы отбросить гитлеровцев от советской столицы.
Ответственная задача была поручена опытным документалистам Илье Копалину и Леониду Варламову, а также группе из 30 фронтовых операторов. Киносъемочная группа провела около двух месяцев на полях сражений Западного фронта, действуя максимально мобильно и оперативно. Снимали в основном на хорошо зарекомендовавшие себя в годы войны американские кинокамеры «Аймо». По воспоминаниям операторов-фронтовиков, их выгодно отличали бленды 75-миллиметрового объектива с навинченным светофильтром, куда можно было налить 40 граммов спирта: при 30-градусных морозах это было крайне полезно.
Рабочие условия были крайне тяжелыми, операторы действовали с максимальной отдачей. На морозе механизм кинокамер заклинивал, а замерзшие пальцы отказывались подчиняться. Множество ценных кадров было утеряно, однако тысячи метров отснятой пленки регулярно поступали в монтажный павильон киностудии. Режиссер Илья Копалин вспоминал: «Подвальный этаж студии стал своеобразной квартирой, где мы обитали, как в казарме. Ночью мы обсуждали с операторами задания на следующий день, а утром машины увозили операторов на фронт, чтобы вечером вернуть с отснятым материалом… Были случаи, когда в возвращающейся машине находилось тело погибшего товарища и разбитая аппаратура. Но осознание того, что враг отступает от Москвы, что миф о непобедимости фашистских армий рушится, придавало нам сил».
Сталин лично вносил правки в черновые версии фильма, отправляя их на доработку. Наконец, 18 февраля 1942 года страна увидела почти часовой документальный фильм «Разгром немецких войск под Москвой». Картина выполнила поставленные задачи: она продемонстрировала мощь Красной Армии и ее способность изменить ход войны с очень сильным противником, вселяя в бойцов и тружеников тыла уверенность в своих силах.
Зрители увидели в фильме истинное лицо захватчиков: сожженные и разграбленные деревни, замученные и убитые мирные жители. Немецкую «цивилизованность» наглядно продемонстрировали кадры разгромленного дома-музея П.И. Чайковского в Клину и музея-усадьбы Л.Н. Толстого в «Ясной поляне». При просмотре документальной хроники у зрителей не оставалось сомнений, что истинные цели гитлеровских войск – это не только истребление народов Советского Союза, но и уничтожение многонациональной культуры нашей страны.
Тем не менее, главный акцент в фильме был сделан на первых победах советских войск, которые после тяжелых боев в окрестностях Москвы, Тулы, Волоколамска, Дмитрова смогли отбросить оккупантов на значительные расстояния к западным границам. Разбитая, оставленная немецкая техника и отступающий противник должны были донести до зрителей основную мысль: «Наше дело правое, враг будет побежден, победа будет за нами!».
В целях пропаганды
К началу 1942 года на стороне антигитлеровской коалиции уже сражалось 26 государств. Советское руководство решило, что кинолента «Разгром немецких войск под Москвой» сможет стать отличным стимулом для союзников, чтобы усилить свои усилия в борьбе с общим врагом. Всем были разосланы копии фильма. Результат превзошел все ожидания: фильм вызвал в странах-союзницах эффект разорвавшейся бомбы. В США и Великобритании полторы тысячи кинотеатров собрали не менее 16 миллионов зрителей.
В Соединенных Штатах советский фильм впервые продемонстрировали 1 октября 1942 года. Премьера прошла в нью-йоркском кинотеатре «Глоб». Демонстрация картины, носившей в прокате название «Москва наносит ответный удар» («Moscow strikes back»), ставила перед собой задачу познакомить американцев с новым союзником и его военной мощью, которая по-настоящему раскрылась в битве за Москву. Кроме того, фильм выполнял своего рода рекламную функцию: он должен был убедить американских налогоплательщиков и промышленников в целесообразности оказания СССР материальной и военно-технической помощи по ленд-лизу. Не случайно в финале картины приводятся слова американского военачальника Дугласа Макартура, выражавшие уверенность в совместной победе над общим врагом.
Американская версия советской документальной ленты значительно отличалась от оригинала, учитывая менталитет, восприятие мира и культурные особенности жителей США. Над ее адаптацией работал голливудский сценарист Альберт Мальц, член Коммунистической партии США с 1935 года. После окончания Второй мировой войны и с началом «холодной войны» он попал в список американских кинематографистов, обвиненных правительством США в антиамериканской деятельности. Кроме Мальца к сценарию приложил руку близкий к художественному авангарду журналист Эллиот Пол, участвовавший как сценарист в создании документальной ленты «Наш русский фронт» (фильм 1942 года, снятый Уолтером Хьюстоном для пропаганды поддержки военных усилий Советского Союза).
Закадровый текст в фильме «Москва наносит ответный удар» читал Эдвард Голденберг Робинсон – звезда американского кинематографа, известный своими работами в серьезных жанрах, за которым закрепилось амплуа «жесткого парня». Именно его портрет значился и на афише, и в начальных титрах фильма «Moscow strikes back», что соответствовало статусу картины.
Близкие образы
За музыкальную часть адаптированной версии фильма отвечал Дмитрий Тёмкин, выпускник Петербургской консерватории, который в 1920-х годах после кратковременного проживания в Германии эмигрировал в США, где и был замечен голливудскими продюсерами. В своей аранжировке Тёмкин сделал акцент на советских массово-патриотических песнях, адаптировав их для хорового исполнения. Это создавало аутентичность представляемых американскому зрителю образов и подчеркивало уверенность в конечной победе советского народа.
Реплики, добавленные в фильм американскими сценаристами, придавали ему основательность, патриотичность и определенную торжественность, которая обычно свойственна голливудским кинолентам. Например, от лица защитников Москвы там говорилось: «Это – наш город, наши улицы, наши детские площадки!». Или слова, сказанные о маршале Тимошенко: «Великий воин выступает перед своими бойцами».
В авторском тексте постоянно проводилось сравнение агрессора и защитников как на уровне военных, так и мирных жителей. Например, «советские девушки-физкультурницы» противопоставляются «нордическим красавицам» Гитлера. Немецкие солдаты называются не только «изуродованными пропагандой молодыми людьми», но также и «дегенератами». А нацистскому командованию ставится в упрек то, что они не читали «Войну и мир» Толстого, иначе бы знали, что их ждет на русской земле.
Особое внимание в сценарии уделяется объяснению реалий советской жизни, соответствие которым находится в жизни американцев. Так, День советской молодежи сравнивается с празднованием американского Дня труда, а Праздник Победы Октябрьской революции – с Днем независимости. В целом авторы видят много сходств между многонациональным СССР и пестрыми по этническому составу Соединенными Штатами. Все это подводит к мысли о неизбежной продуктивности военного союза двух стран.
Работа монтажера Славко Воркапича приблизила советский фильм к образцам американского повествовательного кинематографа, характеризующегося сглаживанием монтажных склеек. С другой стороны, как мастер динамического монтажа Воркапич смог добиться изменения внутрикадрового темпа, что придавало киноленте более экспрессивный характер.
Заслуженная награда
В СССР фильм «Разгром немецких войск под Москвой» был удостоен Сталинской премии первой степени в области литературы и искусства, как «убедительное достижение школы отечественной документалистики», в котором перед зрителем наглядно подтверждался крах германского блицкрига. Режиссеры и операторы картины получили звания лауреатов Сталинской премии.
Зарубежные кинокритики отмечали простоту и ясность советской картины, которая в условиях войны явилась одновременно уникальным историческим свидетельством и произведением искусства. Заслуженной наградой фильму стало вручение 4 марта 1943 года в Лос-Анджелесе кинопремии «Оскар». Советская картина в номинации «лучший документальный фильм» уверенно обошла 25 конкурентов.
Авторы фильма по понятным причинам не смогли присутствовать на церемонии вручения знаменитой статуэтки. Впоследствии приз был получен советским консулом в Лос-Анджелесе М.Я. Мукасеем и передан находившемуся в США кинооператору Владиславу Микоше, который и привез его в Москву. Первая для СССР статуэтка «Оскар» не похожа на те, что вручались позднее. Она была изготовлена из гипса и покрыта золотой краской. В таком виде она находится в Музее кино и в настоящее время.
Источник: russian7.ru
